125 лет кинодраматургии. От братьев Люмьер до братьев Нолан - Камилл Ахметов

Что она делает? Она выходит из роддома с ребенком на руках и… не садится в машину к бандитам. Она прячется в подъезде и кормит своего сына. Что с ней будет дальше – неизвестно, как это было неизвестно с самого начала, но основной конфликт фильма Айка разрешила для себя так же, как дровосек из фильма «Расёмон»: в мире есть добро, даже если это добро – только она сама.

Фильм Кантемира Балагова «Дылда» (2019) тоже явно относится к этому направлению. История начинается после войны в Ленинграде, ее героини – фронтовички Ия (Виктория Мирошниченко) и Маша (Василиса Перелыгина). Ия работает в госпитале, страдает посттравматическим расстройством и заботится о ребенке, который во время очередного приступа погибает. Когда с фронта возвращается Маша, мы узнаем, что это был ее ребенок… Более чем двухчасовой фильм – история кризисных отношений Ии и Маши, которая кончается прозрением обеих: они любят друг друга и собираются вместе вырастить приемного ребенка.

Надо сказать, что с реалистичным направлением кино сейчас происходят совершенно удивительные вещи. Например, в шедевре ветерана венгерского кино Ильдико Эньеди «О теле и душе» (2017) реальность главных героев (Александра Борбей и Геза Морчани), работающих на мясокомбинате, дополняется их фантастическими снами, в которых они встречаются в виде… оленей. Внимание – герои живут в абсолютно реалистичном мире, никаких чудес рядом с ними не происходит, они работают на мясокомбинате, в фильме есть очень жесткая документальная сцена, в которой происходит забой скота. Но герои видят друг друга в снах, и в этих снах они по-настоящему взаимодействуют друг с другом – только в виде оленей. Эта картина была номинирована на «Оскар» за лучший зарубежный фильм. Можно ли назвать ее произведением магического реализма? Наверное, нет. Скорее, это реалистичная сказка.

В разделе «Ближе к жизни: рамочно-кольцевая драматургия» мы уже обсудили многосерийный фильм «Чернобыль». Долгие годы считалось, что телевидение – поле для жанровых экспериментов, на котором нет места реалистичным историям. И вот выходит мини-сериал «Чернобыль», решенный абсолютно реалистично: и в плане визуальных решений, и с точки зрения истории. Тот вариант развития событий, который избрал автор сериала, – наиболее распространенный (в нем нет агентов, нет диверсий, есть в чистом виде борьба человека против системы, которая его пожирает).

А недавно появился реалистичный комикс – фильм «Джокер» Тодда Филлипса (2019). Во вселенной DC Comics Джокер стал собой, упав в кислоту, его прежнего имени никто не знает. В фильме «Джокер» будущего суперзлодея зовут Артур Флек (Хоакин Феникс), и он – неудачливый комик. В фильме нет никакой кислоты, нет волшебных превращений, есть только чистый реализм – городские джунгли, замусоренные из-за забастовки мусорщиков, полное безразличие людей друг к другу и мания главного героя – возможно, унаследованная от матери. В начале 2019 года никто не мог предположить, что к концу того же года появятся реалистичный сериал и реалистичный комикс, – и вот они появились. Кто знает, какие результаты принесут дальнейшие эксперименты в широком поле притчевого реализма.

Выход фильма Рашида Нугманова «Игла» (1988), который посмотрели 16 млн зрителей, многие совершенно справедливо восприняли как дебют Виктора Цоя в большой роли, но не все заметили при этом, что это исключительно новаторский фильм.

Тот факт, что драматургическую структуру «Иглы» с перемещением героев из города (Алма-Ата) в пустыню (Аральское море) можно было толковать несколькими способами, сам по себе заслуживает отдельного упоминания. Рашид Нугманов объясняет:

Совершенно бесспорно влияние на авторов «Иглы» такой киноклассики, как французская новая волна, – стоит обратить внимание, например, на полностью непрофессиональный исполнительский состав. А знаменитый финал, в котором, получив удар ножом в живот, Моро (Виктор Цой) не падает, а поднимается на ноги и удаляется, имеет еще более глубокие корни – мотив неумирающего героя фильмов Александра Довженко «Звенигора» и «Арсенал».

При этом не факт, что именно пустое действие – это то, что удалось Нугманову в «Игле» лучше всего. Зато эта концепция великолепно реализована в фильме «Пылающий» Ли Чхан-дона (2018) по рассказу Харуки Мураками «Сжечь сарай».

Герой фильма – начинающий писатель Ли Чжон Су (Ю А-ин), который вынужден подрабатывать кем попало, случайно встречается с бывшей одноклассницей Син Хэ Ми (Чон Джон-со). Правда, он ее не помнит, но она говорит, что сделала пластическую операцию. Чжон Су дарит Хэ Ми часы, у них начинаются отношения, а когда она едет за границу, он кормит в ее квартире кошку.

Из поездки Хэ Ми возвращается в компании молодого богача по имени Бен (Стивен Ян). Очевидно, что у них начались отношения. Чжон Су и Бен начинают общаться, и Бен признается, что у него есть странное хобби – сжигать теплицы. Именно там, где живет Чжон Су, очень много теплиц, но никаких пожаров не наблюдалось ни до этого, ни в последующие дни.

Чжон Су получает странный звонок от Хэ Ми и начинает о ней беспокоиться. Он приходит в квартиру Хэ Ми, но там явно никто не живет, и кошки там тоже нет. Чжон Су начинает следить за Беном и понимает, что Хэ Ми нигде нет.

В конце концов Чжон Су приходит домой к Бену и обнаруживает там кошку и часы, причем ему кажется, что это кошка и часы Хэ Ми. Теперь Чжон Су уверен, что Бен убил и спрятал Хэ Ми, и он убивает Бена.

Но были ли у Чжон Су реальные основания считать, что Бен убил Хэ Ми? Разве все произошедшее не могло означать, что Бен помог Хэ Ми спрятаться от кредиторов в каком-нибудь далеком городе, например в Пусане, который находится у противоположной границы Южной Кореи, и, разумеется, не сказал об этом Чжон Су как человеку неуравновешенному и потому не очень надежному?

Похожим образом, хотя и несколько проще, организован многосерийный фильм «Защищая Джейкоба» (Марк Бомбэк / Мортен Тильдум, 2020) по одноименному роману Уильяма Лэндея. Кстати, это пример хорошей кольцевой драматургии – в кольцевом эпизоде адвокат Нил Логадис (Пабло Шрайбер) допрашивает Энди Барбера (Крис Эванс) на заседании, похожем на суд. Постепенно выясняется, что Энди не обвиняемый, что это не суд, что речь идет о Лори, жене Энди (Мишель Докери), и их сыне Джейкобе (Джейден Мартелл) – и, наконец, что отсутствие Лори и Джейкоба в зале не означает, что они мертвы…